Время первых » Земляки |Новости СНГ
/ 07 июнь 2017 Просмотров: 350

Время первых


В XIX столетии на территории Латвии ускоренными темпами развивалась промышленность. В этом процессе уже с конца XVIII века активно участвовали и русские предприниматели.

Самые первые

В конце XVIII — начале XIX века промышленное производство в Остзейском крае еще только делало первые шаги. Владельцы мануфактур были в основном помещиками или купцами, которые смотрели на мануфактуры лишь как на побочный заработок и вкладывали в производство сравнительно небольшие суммы.

В частности, владелец крупной кожевенной мануфактуры С. Дьяконов в начале XIX века из своего торгово–промышленного капитала в 359 424 рубля асcигнациями (не считая недвижимости) в промышленность вложил только 25%. У П. Попова капитал, вложенный в промышленность, составлял только 3% от общего капитала.

Такая ситуация была характерна не только для мануфактур, принадлежавших русским предпринимателям, но и для всей промышленности того времени. По мере того как мануфактура сменялась фабрично–заводским производством, меняется и отношение к промышленности.

В первой половине XIX века в Риге работали кафельный и кирпичный завод купца Волкова, деревообрабатывающее предприятие Бочарникова, хлопчатобумажная мануфактура Ивана Хлебникова. На последней в 1843 году были заняты 276 рабочих, в то время как в среднем по Риге на одно предприятие приходилось 100 рабочих. Уже в 1842 году на мануфактуре И. Хлебникова машины применялись на всех основных производственных операциях.

В 1825 году на нынешней Саркандаугаве, у госпиталя, крупное деревообрабатывающее предприятие было основано братьями Хлебниковыми. На нем были заняты более 300 рабочих, однако еще в середине 40–х годов все машины на нем приводились в действие мускульной силой. Первый станок с паровым приводом мощностью 8 лошадиных сил был установлен только в 1847 году, однако это была слишком запоздалая мера, и в 1850 году, не выдержав конкуренции, предприятие закрылось.

Видную роль играли русские промышленники в производстве свечей. Если до начала XIX века их изготовление, как правило, носило кустарный характер, то после войны 1812 года возникло множество предприятий с числом занятых на каждом до семи человек.

Среди них следует отметить предприятия, основанные в Риге крепостными графа Орлова — братьями П. и Д. Курмановыми, Н. Козловым, И. Бочаговым.

Предприятие Курмановых, начав свою деятельность в 1793 году, в 1816 году насчитывало уже 11 человек, однако в 1819 году, не выдержав конкуренции, было закрыто. В то же время И. Бочагов, переняв в 1808 году мастерскую, основанную ранее Козловым, значительно расширил ее. В 1854 году на ней были заняты 39 рабочих, изготовлявших продукции на 90 900 рублей в год.

Новые рижские

В первой половине XIX века одним из крупнейших металлообрабатывающих предприятий Риги была мануфактура Ф. Грязного, работавшая с 1790 по 1832 год. Здесь 11–20 рабочих из сибирского железа и австрийской стали изготавливали котлы, молотилки, сенокосилки. Для доменных печей использовался высококачественный английский уголь. Предприятие значительно пострадало во время пожара 1812 года, но после войны было восстановлено и продолжило работу. Объем выпускаемой продукции был очень неустойчив: с 1804 по 1821 год мануфактура давала от 2385 до 8960 пудов железа в год, а в 1827 году — только 896 пудов. Предприятие пришло в упадок после смерти своего основателя.

На смену закрывшимся предприятиям приходили новые. Рижская фирма “Братья Поповы”, торговавшая изделиями из железа, в конце 40–х годов перенесла доменную печь из Хинценберга (Инчукалнса) в Улброку, ближе к Риге. На ней перерабатывался железный лом, который закупался в Прибалтике, Виленской и Витебской губерниях. В 1850 году фирма создала в Риге литейное предприятие с паровым двигателем, где изготовлялись котлы. Торговец В. Кишкин в 1852 году организовал производство изделий из железа в Яунмуйже (13 рабочих).

В первой трети XIX века большой известностью пользовался кожевенный фабрикант В. Шелухин. В 1817 году он приобрел мануфактуру С. Дьяконова, а в 1832–м — мануфактуру П. Грачева и сконцентрировал таким образом в своих руках всю рижскую кожевенную промышленность. Кроме этого, он еще занимался меняльным делом. Когда в 1838 году в возрасте 54 лет В. Шелухин умер, оказалось, что 15 тыс. рублей ассигнациями, полученные им в наследство, он сумел увеличить примерно в 25 раз, доведя состояние почти до 1 млн. рублей серебром. При этом он был записан и платил налоги как купец второй гильдии.

Торговец В. Кишкин в 1852 году создал у озера Кишэзерс под Ригой производство продукции из железа.

Русские промышленники занимались также ремонтом судов и судостроением. Так, судоверфь построил в Риге подрядчик Антон Егоров.

Рижский фарфор

В Курляндии в самом конце XVIII века, после ее присоединения к России, многие помещики стали строить кирпичные заводы у месторождений глины в окрестностях Митавы (Елгавы). Обычно они сдавали заводы в аренду русским предпринимателям. В XIX веке в производстве кирпичей в Курляндии были задействованы главным образом выходцы с Рязанщины.

Крупнейшим русским предприятием Прибалтики была рижская фарфоро–фаянсовая фабрика Кузнецовых.

Фирма Кузнецовых вела свое начало с 1810 года, когда в деревне Новохаритоново Бронницкого уезда (Подмосковье) кузнец Яков Васильевич основал небольшой заводик. По преданию, разбогател он, убив проезжего купца, — явление, характерное для процесса первоначального накопления капитала не только в те далекие времена. 1812 год считается годом официального основания предприятия.

Родственники и наследники складывавшейся династии Кузнецовых по мере возможностей строили и приобретали фарфоровые и фаянсовые предприятия в разных частях России. Первая фабрика Кузнецовых в Прибалтике была построена в Дрейленгсбуше (Дрейлини) под Ригой в 1841 году. Большинство рабочих были из России — из Гжели, Дулева, сел Коломенской губернии, известных кустарным производством фарфора. Первоначально на ней изготавливали только фаянсовую посуду. С 1851 года, когда были построены два кирпичных здания для цехов фарфорового производства, стали выпускать и фарфор.

В 1859 году на фабрике был установлен первый двигатель, что сразу вызвало повышение производительности труда и сокращение рабочих. Всего здесь было восемь горнов и две паровые машины, имелась больница на четыре койки. В середине века на фабрике работали 242 человека.

После того как в 1864 году умер ее основатель Сидор Терентьевич Кузнецов, фабрика перешла к его сыну Матвею, но наименование “Фабрика С. Т. Кузнецова” не менялось до 1872 года. Сырье поступало из внутренних губерний России, Германии, Голландии, Франции, Скандинавии, уголь — из Англии. Готовая продукция реализовывалась на месте, в губерниях России, а также вывозилась в Англию, Голландию и их колонии. 29 сентября 1887 года на базе фабрики было основано Товарищество фарфоровой и фаянсовой посуды М. С. Кузнецова.

Бюрократия против новшеств

Развитию капиталистического производства препятствовали поборники старых средневековых порядков, боявшиеся свободной конкуренции.

Показательна история с рижским мельником Шарловым. В 1834 году он испросил разрешение на строительство в предместье Риги паровой мельницы мощностью 12 лошадиных сил. В Риге в то время были только ветряные и конные мельницы.

Магистрат признал желательным устройство паровой мельницы, так как существовавшие мельницы не удовлетворяли потребности города в муке, и ее приходилось завозить из сельской местности.

Против ходатайства решительно выступил цех мельников, утверждая, что паровая мельница, превосходящая по производственной мощности пять–шесть ветряных, ударит по благосостоянию старинного рижского цеха. Бывший тогда генерал–губернатором граф М. И. Пален поддержал Шарлова, указав, что соблюдение узкоцеховых интересов наносит вред городу в частности и государству в целом. Пален подчеркивал, что промышленной отсталостью государства пользуются иностранные капиталисты, наводняя внутренний рынок России своими товарами.

Однако, несмотря на поддержку генерал–губернатора, Шарлов так и не добился разрешения на строительство паровой мельницы. В качестве последнего аргумента для запрета была использована ссылка на военно–инженерную инструкцию, запрещавшую строить в предместьях Риги фундаменты такой прочности и высоты, какие требовались для установки паровой машины.

Олег ПУХЛЯК,

историк,

специально для газеты «СЕГОДНЯ». 

Подпишись на наш телеграмм канал и узнай первым о выходе анонсов самых обсуждаемых новостей
Комментарии к новости
Добавить комментарий