Мои российские латыши » Земляки |Новости СНГ
/ 05 июнь 2017 Просмотров: 351

Мои российские латыши


На снимке 1930 года прадед мой Христиан Христианович Зиверт запечатлен с сыновьями и дочерьми. Та девушка, что слева — Валия, ей в 1930 году было 22 года, а справа — Вера, ей 12. Валия во время войны, в Сибири, выйдет замуж за милиционера Николая Иосифовича Кабанова родом из приазовского Геническа. К сожалению, бабушка Валия скончается в 1948 году. А вот с ее сестрой я пообщаюсь в конце 80–х.

Надворный советник от агрономии

Академический справочник Рижского политехникума за 1938 год сообщает, что Kri?jAnis Ziverts (Siewert) из Курляндии, родившийся 13 (27) мая 1870 года, учился сельскохозяйственной науке в 1891–1895 и 1897–1900 годах. Значит, прадед был магистром. Долго жил в Иркутске — с 1901 по 1924 год занимал посты управляющего сельскохозяйственного училища, губернского и земского агрономов, доцента государственного университета.

Узнать о деятельности предка помог… интернет. Даже жившие 100 лет назад там отмечены — вот ресурс Irkipedia цитирует 7–й номер журнала «Иркутский хозяин» за 1915 год. Губернский агроном Х. Х. Зиверт в своем «Отчете о деятельности Правительственной Агрономической Организации Иркутской губернии в 1913 г.» писал: «…На садоводство местные крестьяне обращают совсем мало внимания, между тем здесь прекрасно могут произрастать и приносить порядочный доход ягодные кустарники и сливолистная китайская яблоня, привитая на подвое сибирской яблони.

В заключение считаю необходимым упомянуть, что ощущается большая надобность в открытии местного смешанного хозяйства огородных растений, а также и питомника декоративных и фруктовых деревьев и ягодных кустарников, где возможно было бы, путем искусственного подбора и гибридизации, создать свои местные, вполне акклиматизированные сорта огородных и садовых растений».

По агрономической части Зиверт сотрудничал с земляком и почти ровесником, 1871 г. р., Августом Карловичем Томсоном, заложившим первый плодовый сад в Иркутске. Сейчас его восстанавливают от запустения. Как и старшие коллеги Климент Аркадьевич Тимирязев и Иван Владимирович Мичурин, латышские агроученые в Иркутске не считали политические перемены чем–то угрожающим их тихой, но важной деятельности. Дерево–то долго растет и переживет любые власти. Так как ИГУ был основан в 1918 году, значит, прадед 6 лет проработал при большевиках, то есть с честью прошел радикальные годы нового режима. Несмотря на то, что выслужил при царе чин надворного советника (равноценен подполковнику) и, соответственно, имел личное дворянство. Не чуждался и общественной деятельности, возглавляя латышское общество «Дзимтене», оказывавшее помощь беженцам от немецкой оккупации родной Курляндии. Об этих фактах я также уточнил из Сети — сайт Cyberleninka представляет «Известия лаборатории древних технологий» № 4 за 2015 год.

Приезд на этническую родину и возвращение в Сибирь

Родами последнего ребенка, Веры, умерла супруга Элизабета, польско–латгальского происхождения. Вдовцом вернувшись в Латвию в 1924 году, Зиверт преподавал в коммерческом институте Олава и других частных учебных заведениях — по всей вероятности, не брали на госслужбу как вернувшегося из СССР. Но адрес их в Риге о многом говорит — Стабу, 95, новейший дом в стиле конструктивизма, что означает принадлежность к крепкому среднему классу. Внешний облик прадеда, намекающего «меньшевистской» бородкой на Райниса, показывает, что он, скорее всего, придерживался леволиберальных воззрений.

После того как старшая дочь Валия эвакуировалась в 1941 году в Россию вместе с Торгово–промышленной палатой ЛССР, Зиверт–старший был лишен средств к существованию и умер от голода, а один из его сыновей, тоже Кришьянис (на фото сверху слева) сидел в концлагере Саласпилс, так как отказался идти в легион. Его брат Волдемарс воевал в Красной армии. Насколько мне известно, «мужская» часть Зивертов перебралась потом в Эстонию. Несколько лет назад мне позвонила женщина, говорившая по–английски, — троюродная сестра!

Еще маленький нюанс — изначально моя бабуля вышла замуж за кунгса Ледауниекса, который был президентом Латвийского общества стенографии (тогда писавшие закорючками были в большом респекте — магнитофоны только зарождались), и на этом основании попала в латвийский биографический справочник Who'S Who, под названием «Es viNu pazIstu» . Детей у нее в этом союзе не было, что там потом случилось с Ледауниексом, неизвестно. Одно можно сказать — в тридцатые они жили на широкую ногу, путешествовали в Италию — Венеция, и Германию — на Олимпиаду–36 в Берлине. Об этом рассказали открытки. А Ледауниекс помог лично мне тем, что в архивной копии их свидетельства о браке 1931 года значилось: «У обоих латвийское гражданство».

Валия Зиверт в 1938 году окончила Народнохозяйственный факультет ЛУ. На этом групповом фото — молодые господа в костюмах и военных мундирах. Профессура — кто пострижен бобриком, под Улманиса, кто с уже упомянутой фрондерской бородкой. На том же факультете учился бывший чуть помоложе Викторс Арайс, во время войны наводивший ужас разъездами по Латвии в синих автобусах с расстрельной командой.

При авторитарном режиме Валия искала духовность в Обществе Рериха, организации, симпатизировавшей СССР. Ее дочь Виктория и сын Николай родились в Красноярске во время войны. Три года после нее бабушка работала секретарем в Верховном Совете Латвийской ССР. Умерла от туберкулеза. Мой отец выбрал гражданство Латвии (по родству), а тетя — России (по месту рождения).

Это я все к тому, что десятки тысяч латышей связаны с Россией личными узами, связью поколений, общей истории. Все же мы были в одном государстве не только 50 лет, но и 200 лет до этого. На столь длительный период межэтнического взаимодействия и взаимовлияния не может претендовать ни одна страна, ныне набивающаяся Латвии в друзья и советчики.

Николай КАБАНОВ. 

Подпишись на наш телеграмм канал и узнай первым о выходе анонсов самых обсуждаемых новостей
Комментарии к новости
Добавить комментарий